Благотворительный фонд помощи детям с дефектами внешности
На главную страницу Написать письмо Карта сайта Фонда English version

+7(495)626-84-26

О фонде Кому мы помогаем и почему Как помочь Истории тех, комы мы уже помогли и кому еще нужна помощь Наши друзья Новости, акции, мероприятия Контакты Фонда

О нашем фонде
Цель и миссия фонда
Задачи фонда
Попечительский совет
Наша команда
Учредительные документы
Реквизиты фонда
Интервью с президентом фонда
Программы фонда
Благодарности
Отчеты

Интервью Президента Фонда
 

 

                 

 

           ЛЮДЯМ СВОЙСТВЕННО ПОМОГАТЬ ДРУГ ДРУГУ…

 Создатель и президент благотворительного фонда «Красота ‒ детям» Римма Васильевна Мойсенко ‒ руководитель и главный    врач Центра эстетики и здоровья «Риммарита», кандидат медицинских наук, врач высшей категории, кардиореаниматолог и  эксперт по лечебному и диетическому питанию, член Русского и Международного обществ мезотерапии, дерматокосметолог и физиотерапевт. В беседе с нашим корреспондентом Римма Васильевна рассказывает о себе, истории открытия Фонда «Красота ‒ детям» и принципах его работы.

1. ФОРМИРОВАНИЕ НАМЕРЕНИЯ
 
Созданный вами благотворительный фонд начал свою работу сравнительно недавно, в ноябре 2011 года. Как вы пришли к тому, чтобы заниматься благотворительностью? 
Ваш вопрос, кажется, звучит на самом деле так: «С чего бы это вдруг?» (Улыбается.) Действительно, со стороны кажется: в течение тридцати лет своей профессиональной и бизнес-деятельности она и не думала ни о чем подобном, но вот ‒ ни с того ни с сего… Но что такое благотворительность? Разложите это сложное слово на составляющие его лексемы, и толковый словарь нам не понадобится. Оно означает «творить благо», нести его людям. Этим я и занималась всю свою жизнь ‒ прежде всего как врач. И дело здесь не в самой гуманной сути моей профессии ‒ в конце концов, свои трудовые обязанности можно выполнять чисто функционально. А в том, что «творить благо» однажды стало глубинной потребностью моей души. С тех пор я старалась делать как можно больше, чтобы удовлетворять эту свою потребность. Ларошфуко как-то заметил: «Наши благодеяния сводятся к услугам, которые мы оказываем самим себе». Что ж, пусть так! Главное ‒ были бы благодеяния! А создание мною благотворительного фонда ‒ очередной этап естественного следования этому императиву.
 
Вы произнесли слово «однажды»… Вы открыли в себе потребность оказывать людям помощь вследствие какого-то значимого события в своей жизни?  
Оно не было значимым. Когда я училась на кардиореаниматолога в 1-м Московском медицинском институте, нас, студентов, направили на самую обычную практику в одну подмосковную клинику. Я попала в отделение неврологии. В нем лечились в большинстве своем тяжелобольные пациенты, перенесшие инсульт. Многие не могли двигаться, подняться с постели, совершать за собой уход. На мне лежали обязанности санитарки, и я видела, насколько важно для больных получить от меня помощь, как эти люди были за нее благодарны. Вскоре я поняла: знать, что ты нужна, что ты можешь помочь и помогаешь… Это приносит радость. Вот так я познала свою, как говорят психологи, «базовую потребность». (Улыбается.) Что же касается создания Фонда, то к этому впервые меня подтолкнула мой сердечный друг и духовный наставник Валентина Васильевна Толкунова.
 
Памяти знаменитой певицы, народной артистки РСФСР Валентины Толкуновой вы посвятили свою книгу «Моя программа стройности»…
Дружба с этой удивительной женщиной и наше щедрое общение помогли мне найти новый подход к избавлению моих пациентов от избыточного веса. В результате была создана авторская программа обретения стройности. Программа, в которой прежде всего уделяется внимание исцелению душевных недугов пациента и психологической подготовке к процессу похудения… «Душа», «сердце», «любовь», «самоотдача» ‒ эти слова для Валентины Толкуновой были, пожалуй, главными. Она всю, без остатка, отдавала себя людям. Часто сетовала: «Как много вокруг несчастных! И у них такие крошечные доходы, что они не могут сами себе помочь!» Она постоянно делала благотворительные отчисления малоимущим или больным людям, в детские дома-интернаты, фонды поддержки талантливых детей, на реставрацию православных храмов. А благотворительные концерты и детские балы, в которых она участвовала, ‒ их не перечесть. Однажды Валентина Васильевна предложила мне открыть благотворительный фонд, и я сразу же согласилась. Мы стали строить планы, но не успели их осуществить: мой Добрый Друг и Наставник ушла из жизни…
Когда это случилось, я осознала: благодарная и светлая память о ней не даст мне забыть о наших общих замыслах, я найду единомышленников, и мы организуем благотворительный фонд! Как раз к тому времени я провела некий период жизни в таких необычных и драматических заботах, которые окончательно сформировали мое намерение. 
 
Что с вами случилось?
Не со мной ‒ с моей близкой подругой. У нее заболел трехлетний сын. Обычная простуда дала осложнение на кроветворную систему. Диагноз: апластическая анемия. Это значит, что процесс создания новых клеток крови в костном мозге стал угасать. Сначала дал о себе знать дефицит тромбоцитов, затем ‒ лейкоцитов, основы иммунной защиты, потом ‒ эритроцитов и гемоглобина. Концентрация форменных элементов в плазме крови снизилась настолько, что это было абсолютно несовместимо с жизнью. Но мальчик жил! Жил, умирая… Я видела, как он страдает от приступов резкого повышения температуры (они случались по несколько раз в сутки). Внезапный жар, сильнейший озноб, выход на температурное плато в течение 15-30 минут ‒ и резкое падение температуры, сопровождаемое массированным потоотделением. Эти приступы полностью лишали ребенка сил. Он исхудал донельзя; кожа приобрела зеленоватый оттенок; щеки ввалились, глаза запали. Я не могла выдерживать его взгляд ‒ он смотрел глазами бесконечно уставшего немолодого человека. И тем больнее мне было отмечать: как только ему становилось чуть лучше, мальчик тянул ручонки к игрушкам, к маме, пытался улыбнуться ‒ он хотел жить, играть, радоваться любить!..
 
Врачи могли помочь ребенку?
Им занимались первоклассные специалисты Москвы и Санкт-Петербурга. Проводили бесконечные исследования и лечебные процедуры, но тщетно: болезнь прогрессировала, мальчик умирал. Была надежда на то, что поможет операция по пересадке костного мозга, но в России за нее никто не брался: ребенок был настолько плох, что мог скончаться на операционном столе. Его мать ‒ интеллигентная, очень организованная, терпеливая женщина ‒ была в отчаянии, хотя и старалась этого не показывать. Мы все, ее друзья, помогали чем могли, искали любые возможности исцеления малыша. В конце концов решили обратиться к зарубежным врачам. В Израиле отказали в операции. Мы сделали запрос в Германию. Через некоторое время пришел ответ: приезжайте, проведем обследование и оперируем, стоимость операции ‒ 300 тысяч евро…
 
Мама малыша располагала такой суммой?
У нее не было и сотой части этих трехсот тысяч! Мы стали лихорадочно собирать деньги: боже, есть надежда! скорей, скорей!.. У ребенка оставалось совсем немного времени. Мы взывали к помощи друзей, знакомых, коллег, деловых партнеров. Люди откликались, давали деньги ‒ кто сколько мог, но всего этого было мало, мало! Мы обращались в благотворительные фонды. Сотрудники этих организаций преисполнены желания помочь. Но вот в чем дело. Как правило, фонды оказывают адресную помощь: деньги от благотворителя, спонсора поступают на лечение определенного ребенка. А свободных средств на счетах нет. Нам предлагали встать в очередь на финансирование, включить данные малыша «в базу»… Но некогда было ждать! И вот тогда я испытала сильнейшее переживание, которое буквально все во мне перевернуло…
 
Расскажите об этом подробнее: что вы чувствовали, о чем думали? 
Понимаете, я врач, кардиореаниматолог. Я всегда знала, как вернуть к жизни пациента в состоянии инфаркта. И вообще, всегда могла оказать человеку скорую и действенную помощь, если он заболевал. Но в ситуации, о которой идет речь, я оказалась совершенно бессильной что-либо изменить к лучшему! В руках не оказалось инструментов помощи другому человеку! И это у меня ‒ профессионала, который, к тому же, в качестве руководителя двух медицинских учреждений ежедневно справляется с  самыми различными деловыми задачами и бизнес-проблемами! Это было… мучительно ‒ испытывать такое.
И вот тогда я сказала себе: «Новый благотворительный фонд БУДЕТ! И он станет тем инструментом, который в подобных ситуациях даст мне возможность помочь ребенку быстро и эффективно, в полном объеме!»
 
Мальчику сделали операцию в Германии?
Увы, нет! Во-первых, тех денег, которые мы сумели собрать, хватило только на то, чтобы отправить мальчика в Германию и провести там обследование. А во-вторых, немецкие врачи, также, как и наши, российские, сделали вывод: больной не операбелен, есть опасность летального исхода. Малыш вернулся в Санкт-Петербург, его поместили в реанимационное отделение Института крови…
 
Он умер?..
Вы знаете, случилось чудо: он выздоровел! Стал практически здоровым человечком! Сейчас уже учится в школе, ходит в первый класс.
 
Невероятно ‒ в свете того, о чем вы рассказали! Как вы это объясните?
Это отдельная история, не для интервью. Скажу только, что чудо выздоровления малыша никак не соотносится с чудесами современной медицины. Оно, скорее, связано с таким почти мистическим феноменом, как влияние на ситуацию нашего к ней отношения. Я не устаю повторять своим пациентам: «Ваша жизнь ‒ это отражение ваших мыслей. Преобразуйте их, и все изменится к лучшему!» Впрочем, я много рассуждаю об этом в своей книге «Моя программа стройности» и советую всем ее прочитать.
 
 
2. ОСУЩЕСТВЛЕНИЕ ЗАМЫСЛОВ
 
Вернемся к разговору о благотворительном фонде «Красота ‒ детям». Итак, вы сдержали данное себе слово о его создании, осуществили свой замысел… С чего началась работа фонда?
С получения первого пожертвования от нашего первого спонсора ‒ от меня! (Смеется.) Весной 2011 года я приступила к работе над книгой «Моя программа стройности». По моим расчетам, я должна была написать ее к концу лета. И вот тогда и поставила перед собой задачу: к осени сдать готовую книгу в печать, к этому же времени создать фонд и весь гонорар за «Мою программу стройности» перевести на его счет. Я воплотила все мои планы в жизнь, но с опозданием на пару месяцев. Тому были разные причины; как говорится, мы предполагаем, а Бог располагает… В ноябре я начала получать от издательства в качестве гонорара процентные отчисления от дохода с продаж книги. Все эти поступления я направляла в фонд. А чтобы продажи увеличились, мы провели серию благотворительных акций фонда под названием «Купи книгу ‒ помоги детям!» (прочесть о них вы можете в разделе «Новости» официального сайта фонда). В результате у нас появились средства, которые мы направили в Институт пластической хирургии и косметологии, чтобы помочь 13-летнему мальчику Алексею С. Ему требовалась платная операция по исправлению левосторонней деформации верхней губы и носа. Мама Алексея воспитывает сына одна, зарплата у нее небольшая, состоятельных родственников нет, помочь некому… А подросток страдал из-за дефекта внешности, не мог нормально учиться, чувствовал себя отвергнутым…
В общем, мы финансировали эту операцию. Ее блестяще провел доктор медицинских наук, профессор, пластический хирург с мировым именем и 40-летним стажем работы  Владимир Алексеевич Виссарионов.
 
Почему вы решили создать организацию, помогающую детям именно с врожденными или приобретенными дефектами внешности?
Ну, во-первых, отвечу на вопрос: «Почему фонд помогает детям?» Я ‒ мать двоих сыновей, у меня три внука. Мое сердце принадлежит «детской Вселенной»… И я знаю: ребенок входит в этот мир совершенно беспомощным, ему жизненно необходимы защита, любовь и забота взрослых. Он счастлив тогда, когда здоров и у него есть мама и папа. Но если он болен (в контексте обсуждения работы нашего фонда надо говорить о патологиях внешности) и родители ничем не могут ему помочь, потому что у них нет средств на лечение, ‒ его мир рушится... Такие дети часто растут в неполных семьях. Многие из них ‒ сироты (и я позже скажу почему). Они несчастны. Но у них есть великое право самых маленьких и беззащитных человеческих существ на Земле ‒ право получить от нас, взрослых, спасение. И если не от мамы и папы, то от тех, кто взял на себя обязанность осушить их невидимые миру слезы, восстановить маленькие разрушенные миры.
А на ваш вопрос: «Почему фонд помогает детям именно с патологиями внешности?» отвечу так. Если хочешь что-то сделать, не разбрасывайся. (В конце концов, нельзя объять необъятное…) Это правило определило выбор одного направления работы нашего фонда. А уж каким оно должно быть, мне не надо было долго думать ‒ ведь я специалист в области эстетической медицины. Именно в деле помощи детям, которым нужна коррекция внешности, мои знания и опыт пригодятся больше всего.
 
Какие дефекты внешности бывают у детей?
Различают врожденные и приобретенные в течение жизни дефекты.
Дети с врожденными патологиями внешности появляются на свет в среднем один раз на тысячу рождений. Такие болезни могут быть генетически заданы (например «заячья губа», «волчья пасть»), а могут сформироваться как результат нарушений внутриутробного развития, или родовой травмы. На сегодня известно 23 (довольно редких, но ‒ на фоне соответствующей статистики ‒ значимых) вида врожденных заболеваний (а вообще их больше 80). Такими заболеваниями страдают дети, рожденные с костными деформациями и патологиями мягких тканей лица и черепа: с расщелинами губы и неба, нестандартными ушными раковинами, ассиметричными и неправильной формы глазными впадинами, без носа и с искаженным ртом, шести-семипалые, с различными пороками кожи…
О приобретенных дефектах внешности. Сколько детей у нас в стране попадают в автомобильные аварии, страдают от пожаров, различных травм! Результат ‒ келоидные рубцы (которые могут расти и образовывать когтеобразные выросты), ожоговые поражения кожи лица, лишение конечностей… У ребенка в результате перенесенных инфекционных заболеваний могут вырасти на лице, шее крупные доброкачественные опухоли, которые сильно портят внешность.
Какие-то из перечисленных заболеваний поддаются консервативному лечению, обычно довольно длительному. Но в большинстве случаев патологий внешности (особенно врожденных) помочь может только операция. Как правило, и в том и в другом случае лечение стоит больших денег. Государство выделяет средства на исправление внешности таких детей, но эти средства ограничены. Вот почему наш благотворительный фонд так нужен детям из малоимущих, неполных семей, сиротам…
 
Вы сказали, что многие из детей с деформациями внешности ‒ сироты. Почему это так?
Как правило, сиротами становятся дети с врожденными дефектами. Их внешний вид пугает, шокирует родителей. Внешнее несовершенство младенца связывается папами и мамами с неполноценностью его интеллектуального и психического развития. И даже если таких мыслей не возникает, они не видят для ребенка возможности адаптироваться в социуме, нормально общаться со сверстниками, жить полноценной жизнью, в дальнейшем иметь любимую работу, крепкую семью. Они думают: его затравят в детском саду, школе; он озлобится на весь мир, станет психически неуравновешенным подростком с девиантным поведением; хлопот с ним не оберешься. А если взяться за его лечение, никаких денег не хватит. И отказываются от него. Ребенок поступает в Дом малютки, потом ‒ в детский дом. И здесь я хотела бы напрямую обратиться к родителям таких детей…
Во-первых, подавляющее большинство детей с дефектами внешности ‒ психически и умственно нормальны. Отставание в развитии проявляется всего у 15-20% из них. Не спешите ставить крест на своем чаде и говорить о его «умственной отсталости»!
Во-вторых, знайте: современные достижения в черепно-лицевой и пластической хирургии, в дерматологии, дерматокосметологии, протезировании столь значительны, что позволяют исправить положение там, где, кажется, исправить ничего невозможно! Не оставляйте судьбу своего ребенка на волю собственной некомпетентности!
Не бросайте своих детей! Не отчаивайтесь, лелейте в себе любовь к ним и живите надеждой на их исцеление. Обращайтесь в благотворительный фонд «Красота ‒ детям». Мы сделаем все возможное, чтобы обеспечить вашему ребенку консультацию, обследование и лечение у высококвалифицированных специалистов, возьмем на себя ваши финансовые заботы. Именно для такой работы и создан благотворительный фонд «Красота ‒ детям», в этом заключается его высокая миссия…
 
 
3. МАГИЯ МИЛОСЕРДИЯ
 
Римма Васильевна, ответьте на «детский вопрос»: почему люди помогают друг другу?
Потому что это свойственно человеческой природе! Мы так созданы, мы ‒ такие! На самых глубинных уровнях человеческого существа заложено знание: мы едины, мы ‒ одной крови, нам друг без друга не обойтись. Это, если хотите, выражение великого принципа солидарности живой Вселенной… Да, есть личностные и деловые отношения, построенные на меркантильных интересах и жажде наживы; да, есть проявления крайней степени эгоизма. Но посмотрите вокруг, вспомните историю. Всегда и везде люди помогали и помогают друг другу ‒ в войну, в перестройку, в кризис, в безработицу! Как бы ни было плохо самому, как бы ни было трудно ‒ человек, если другому нужна от него помощь, снимает последнюю рубаху, разламывает надвое краюху хлеба. Если случается катастрофа в какой-то точке земного шара ‒ цунами, землетрясение, военная агрессия ‒ весь мир поднимается на помощь!..
Бескорыстие, любовная самоотдача, щедрость, милосердие, сострадание ‒ все это свойственно людям, и на этом стоит белый свет. «Если люди не научатся помогать друг другу, то род человеческий исчезнет с лица Земли», ‒ сказал всемирно известный писатель, Вальтер Скотт, и я с ним полностью согласна.
 
В начале нашей беседы вы рассказывали о том, что испытывали радость, оказывая помощь тяжелобольным людям. Такое чувство переживает любой человек, если бескорыстно помогает другому?
А как же! Это не зависит от личностных качеств, характера. Допустим, человек эгоцентрист, живет только для себя, ищет исключительно личную выгоду. Но если судьба предоставит ему возможность или даже заставит проявить щедрость, то он с удивлением обнаружит: он стал счастливее! Я только что утверждала: потребность помогать и делиться присуща любому, это категорический императив Природы. И если человек следует Ее зову, то она щедро одаряет его. Он делает открытие: какое это счастье ‒ осознавать острую необходимость своего присутствия и участия ‒ для того, кому ты оказываешь помощь. Человек находит себя на своем месте ‒ может быть, впервые в жизни! Он осознает свою значимость в этом мире: он может, может сделать большое и важное дело! Он в силах изменить чужой несчастный жребий и сделать другого человека счастливым! Его переполняет радость, он получает мощнейший заряд положительной энергии. Такова  магия милосердия… Она помогает прежде всего тем, кто потерял себя, утратил свое предназначение, смысл и вкус жизни, потерялся в пути.
 
Здесь впору говорить о самоисцелении благотворительностью!
Совершенно верно! Добрые дела исцеляют того, кто их совершает. И вы уже поняли почему. Ко мне, например, в «Риммариту» часто приходят пациенты с избыточным весом, которые достигли значительных успехов в жизни. У них, кажется, есть все, о чем они когда-то мечтали. Но их души томятся, они не удовлетворены жизнью, легко раздражаются, их мучают обиды, чувство ложной вины, депрессии и страхи. И от всего этого негатива они прячутся за толстой жировой оболочкой. Темная замкнутость их внутреннего мира ‒ вот причина обретения ими избыточного веса. (В «Моей программе стройности» я посвятила этому феномену не одну главу.) И я предлагаю таким пациентам: «Научитесь отдавать! Дарите другим добро и свет своей души. Не копите обиды и страхи, а делитесь тем лучшим в себе, что имеете. Подарите другому человеку хотя бы частичку своих знаний, любви, тепла, просто улыбку ‒ и вы станете здоровы!» Это эффективнейший способ самолечения. Милосердие гасит темный огонь недуга и задействует в организме чудесные механизмы самоисцеления, о которых мы даже не имеем представления.
 
Имея такое видение проблем, вы, наверное, с легким сердцем призываете людей к сотрудничеству с фондом «Красота ‒ детям»?
Я привыкла строить деловые отношения на принципе гармоничного взаимообмена между партнерами. В этом ‒ залог успешного и длительного сотрудничества. И в том, что касается работы фонда, дело обстоит точно так же. С одной стороны, очевидно, что наши спонсоры и волонтеры получат от детей, которым они помогли, «несимметричный ответ»: просто благодарность и улыбку. Но я знаю: это окупит все затраты их сил и средств сторицей ‒ радостью, счастьем, здоровьем, притоком энергии, приливом сил. При этом не важно, сколько и что ты подарил детям, ‒ значение имеет сам факт бескорыстной самоотдачи. Так, я говорю своим коллегам-врачам: «Помогите, чем можете. Детям нужна любая ваша безвозмездная помощь. Даже пусть это будет какая-то мелочь. Если она дана на благо больного ребенка ‒ это уже не мелочь! Консультация, возможность обследований, лечения, проведения операции в вашем учреждении,  медицинское оборудование, перевязочные материалы, лекарства, участие в наших благотворительных акциях ‒ для нас важно все!»
 
Что бы вы хотели сказать читателям в заключение нашей беседы?
Я, как президент благотворительного фонда «Красота-детям», имею смелость заверить всех, кто читает мое интервью: я  и мои единомышленники, сотрудники, коллеги строим работу фонда так, чтобы о нем знали люди. Знали, что если ребенку с патологией внешности нужна наша помощь (он сирота или живет в малообеспеченной семье), то мы сделаем все возможное, чтобы он ее получил. А если любой сердобольный человек захочет через фонд эту помощь оказать, то она будет принята с бесконечной благодарностью, и все перечисленные им средства будут полностью, до копейки, использованы по назначению (ведь медицинский центр «Риммарита» ‒ не чужой фонду и способен взять административные расходы по его работе на себя).
А еще я хочу признаться: работа в фонде преобразовала мою жизнь. И пусть у меня не слишком громкий голос, но я найду возможность быть услышанной многими, чтобы сказать: «Какое это счастье ‒ помогать детям!»
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
Код счетчика
 

создание сайта

Fl22-design studio

система управления

GoodCMS